В сегодняшней России повсеместное распространение наркомании является одной из наиболее острых социальных проблем. Россия представляет собой на сегодня самый крупный в Европе рынок героина. Число наркозависимых по данным ООН составляет от 3 до 4 млн человек. Однако наиболее пугающим фактом представляется стабильно высокая доля детей и подростков в общей массе наркоманов. Не стоит перечислять те мрачные перспективы, которые ожидают государство, недооценивающее степень угрозы, исходящей от разрастания и укрепления наркорынка. Смешно говорить о каких бы то ни было демографических и в целом социальных программах, пока огромная часть населения страны попросту сознательно изо дня в день занимается медленным самоубийством.

В вопросе борьбы с наркоманией существуют два аспекта. Ясно, что ключевую роль в этой борьбе играют силовые ведомства. Здесь можно спорить о нюансах, но любому ясно, что отлаженная, бесперебойная работа репрессивного аппарата является необходимым условием устойчивости государства в его противостоянии наркобизнесу. Однако силовой и правовой аспекты решения проблемы вовсе не являются достаточными. Не менее важной задачей является профилактика наркомании. И здесь речь идет в первую очередь об антинаркотической пропаганде, которую с переменным успехом ведут все цивилизованные государства. Можно сколько угодно бороться с могущественными структурами организованной преступности, с наркодельцами и мелкими наркодилерами, но дело не сдвинется с мертвой точки до тех пор, пока наркотические препараты будут сохранять высокую степень привлекательности в глазах потенциальных потребителей. Именно в этом состоит задача антинаркотической пропаганды: понизить привлекательность наркотиков в глазах потенциальных клиентов наркоторговцев и избежать пополнения армии наркозависимых. Следует отметить, что возраст приобщения к наркотической продукции в России составляет 15-17 лет. А значит именно эти молодые люди – старшеклассники и студенты младших курсов - являются адресатом пропагандистских усилий тех институтов государства, на которые возложена задача профилактики наркомании.

Работа пропоганды должна начинаться, прежде всего, в семье. Не обязательно, что это будут длинные беседы на тему вреда наркотиков. Главное — это наладить со своим ребенком доверительные отношения, отвечать на его вопросы и всегда быть готовым прийти на помощь. Родители должны владеть ситуацией, знать, где находится их ребенок, чем он занят, чем вообще интересуется. Конечно, нужно обращать внимание на его друзей, следить, чтобы он не общался с нежелательными людьми. Я не сказала бы, что нужен контроль, напротив — нужно доверительное отношение, но необходимо знать, с кем дружит дочь или сын. Ведь наркомания не является проблемой только так называемых неблагополучных семей — к сожалению, иногда эта беда приходит и в благополучные, успешные семьи, когда родители в какой-то момент потеряли контакт со своим ребенком и не знают, что у него на душе. Именно в такой момент ребенок может быть подвержен негативным влияниям.

Показать детям фильмы, настроенные на позитив, альтернативные употреблению наркотиков, настроенные на здоровый образ жизни, творческое развитие, чтобы дети поняли, что мир интересен, что существует масса замечательных занятий, которыми можно себя увлечь, чтобы детям хотелось грамотно и продуктивно построить свое будущее. Вот такая пропаганда, я думаю, будет иметь успех.

Между тем, ни для кого не является секретом факт, что антинаркотическая пропаганда в России имеет нулевую, если не отрицательную степень эффективности. Почему? Ответ очевиден. Молодежь, склонная в силу возраста к иронии, скепсису и даже некоторому показному цинизму, вряд ли готова воспринимать кондовые штампы и неуклюжий "креатив" социальной рекламы иначе как с юмором. В молодежной среде бытует большое количество пародий на антинаркотические призывы государственных ведомств. Чего стоит хотя бы лозунг "Скажи наркотикам hi", появившийся на Украине и в силу очевидного каламбура вызвавший бурное веселье у тех, кого казалось бы, должен был предостеречь от экспериментов с психоактивными веществами. Официоз для галочки, как, впрочем, и неуклюжие попытки заигрывания с молодежным сленгом, сдобренные вопиющим невежеством, вызывают в лучшем случае улыбку, в худшем – раздражение. В определенном смысле можно говорить о том, что глупые антинаркотические кампании играют скорее на руку наркобизнесу, дискредитируя всякую серьезную аргументацию в изложении последовательной позиции противостояния наркомании. У молодого человека спонтанно складывается ощущение, что все возражения против наркотиков сводятся к невнятному морализаторству в духе знаменитой фразы школьного психолога из сатирического мультсериала South Park: "Наркотики – это плохо, понятненько, да?" А там уж недалеко до бредовых представлений о злокозненном государстве, криминализирующем из коррупционных соображений героин, который на деле якобы не вреднее фастфуда и сигарет.

В этой точке государственная антинаркотическая пропаганда во всех ее проявлениях, от билбордов и звуковых обращений до специализированных уроков в школах и телепередач на федеральных каналах безнадежно проигрывает "пропаганде наркомании", за которой стоит вся мощь мировой культуры. Кино, литература, искусство и даже академическая философия на протяжении многих десятков лет последовательно романтизируют все то, что связано с наркотиками. В большинстве случаев такая романтизация осуществляется имплицитно, исподволь. Разумеется, в культуре не придется долго искать и открытую апологетику наркомании (взять хотя бы таких "контркультурных" писателей как Кен Кизи или Уильям Берроуз). Однако в большинстве случаев речь идет попросту о том, что, перефразируя знаменитого кинорежиссера Вима Вендерса, "любой фильм о наркотиках является пропагандой наркотиков". Даже искренне стремясь изобличить социальную язву наркомании, не скупясь на сцены страданий и последовательно подведя сюжет к безупречной морали, художник, особенно талантливый, рискует добиться противоположного результата. Философская мысль ХХ века убедительно показала, что эффект, производимый текстом, вовсе не связан непосредственно с авторским замыслом. Тема наркотиков, будучи понятой из перспективы страстей, драматизма, эстетических коллизий, приобретает в глазах зрителя определенную значительность, а там недалеко и до ценности, которая вполне может стать предметом интереса, в т.ч. и практического. Огрубляя, можно свести это к популярной сентенции: "Черный пиар – такой же пиар".

В свете вышеизложенного ошибочными или лицемерными представляются высказывания о том, что художественное произведение еще никогда никого не подтолкнуло к употреблению наркотиков. Хотя это ни в коем случае не является оправданием любых форм государственной "моральной цензуры" в сфере культурного производства. Государство не может запретить обществу говорить, писать, петь, рисовать и, пожалуй, даже танцевать на темы, связанные с наркотиками. Однако оно может и должно противопоставить скрытой или явной рекламе запрещенных препаратов ясный и четкий дискурс просвещения и информирования. Принимая всерьез битву за сознание молодежи, государство должно переопределить понятие антинаркотической пропаганды. Учитывая специфику адресата (скептически-настроенную молодежь, что немаловажно, младших тинэйджеров, одержимых комплексом противоречия взрослым), а также предмета (наркотических веществ, и так обладающих достаточным набором отрицательных качеств, которые не требуется карикатурно преувеличивать) нам следует перейти от пропаганды как запугивания, увещевания, суггестии к пропаганде как честному, ясному и полезному информированию о некоторых неприглядных сторонах жизни наркозависимого гражданина. Любой социальный эксперимент покажет, что эффект такого правдивого, ясного и, главное, познавательно-состоятельного сообщения будет неизменно выше любых попыток манипуляции, почти всегда оказывающихся провальными. Таким образом, современная эффективная антинаркотическая пропаганда должна была бы характеризоваться следующими особенностями:

1. Она не должна врать, пусть в самых благих целях. Будучи раз пойманной на сознательной лжи, пропаганда навсегда лишается доверия и естественным образом льет воду на мельницу оппонента. Не следует рассказывать подросткам, что курение марихуаны вызывает физическую зависимость с первой затяжки и мучительную смерть в течение ближайшего года. Ведь факт состоит в том, что получив от старших в наследство дикое представление о "наркомане вообще" и "наркотиках вообще", ассоциирующихся с адом, подросток в определенный момент оказывается полностью беззащитным перед миром реального предложения наркотиков, с которыми он рискует рано или поздно столкнуться. Ведь поддавшись тому или иному давлению обстоятельств и попробовав к примеру псилоцибы – он, - о чудо! – почему-то не умрет. А значит, нет поводов не попробовать героин.

2. В контрпропаганде не стоит бояться конкретики. Разговор о наркотиках должен быть предметным и желательно наглядным. Если вы говорите о психостимуляторах – дайте себе труд найти фото- и видеоматериалы, посвященные абсцессам, некрозам, гангренам, трофическим язвам, стертым в порошок зубам и сжеванным языкам. А еще лучше сводите школьников на экскурсию в соответствующий диспансер. Если в фокусе внимания опиаты – главным сюжетом должна стать т.н. "ломка". Правда о любом из наркотических веществ, запрещенных российским законодательством, вовсе не нуждается в сомнительной помощи гротескных преувеличений и дьявольских обобщений. Если специалист-нарколог расскажет подросткам о характерных признаках различных веществ и о конкретных опасностях, связанных с ними, целый массив специфического и вполне вредоносного знания подворотен и интернет-форумов потеряет для тинейджера манящую привлекательность. Наркотики лишаются ореола тайны. Специальные знания о "запретном, а потому притягательном" таким образом профанируются и лишаются ореола потенциального удовольствия только от того, что кто-то нарушает границы дозволенного.

3. Антинаркотическая пропаганда в любых своих формах должна быть умной. К этой работе должны привлекаться исключительно компетентные эксперты: наркологи, криминалисты, психологи. Фальш, пафос, безвкусица, чрезмерный морализм должны быть исключены.

4. Должна быть проведена тщательная работа по деромантизации наркотических препаратов, их эффектов, связанных с этим отношений и культурных форм. Следует отчетливо демонстрировать, что наркотики имеют отношение не к декадентской утонченности, не к богемной расслабленности, не к харизматичной порочности, а к жалкому, глупому пошлому мирку, где нет ничего, кроме ограниченности и заурядности.

5. Крайне важно не допускать маргинализации дискурса профилактики наркомании за счет включения в него посторонних "идеологических" составляющих. Случайное или намеренное включение профилактики наркомании в ту или иную идеологическую рамку неминуемо приведет к отторжению такой пропаганды значительной частью адресатов. Не секрет, что акцентирование тематики "здорового образа жизни" и категорического неприятия наркотических веществ входит в состав самых различных идеологических трендов. В рамках определенного "направления" борьба с вредными привычками теряет самодостаточность и оказывается вписанной в широкий круг задач, отличных от, собственно, борьбы с наркоманией. Характерным примером может служить деятельность фонда "Город без наркотиков", риторика которого намертво спаяна с достаточно одиозными формами национализма, своего рода "народного консерватизма" и некоего извода бандитского и дворового этоса. Борьба с наркоманией оказывается подчинена неявно выраженной задаче восстановления здоровых основ национальной жизни, решения иммиграционных проблем и, в целом, "избавления города от грязи". При этом весь набор практик, связанных с наркотиками (от распространения до употребления) рассматривается как зараза, разлагающая общество. Отсюда немотивированно жестокие, часто с нарушением закона методы "лечения" наркоманов, больше напоминающего "наказание" за "порочную склонность" (известно, что руководитель фонда, бывший эсер Евгений Ройзман расценивает наркоманию как форму порока, в частности отмечая, что курение марихуаны является… одним из признаков гомосексуальности). В результате деятельность фонда "Город без наркотиков" теряет значительную часть своей легитимности, а его лидеры постепенно становятся персонажами анекдотов. Для того чтобы избежать подобных курьезов, когда деятельность на пользу общего блага оказывается маргинальной, официальный дискурс о наркотиках должен быть полностью очищен от любых политических, идеологических и культурных импликаций, не подающихся универсализации.